![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
imaginary_meВоспоминание мне вот вспомнилось, хоть оно, наверное, и не лучшее, но воспоминание, какое-никакое все-таки.
Вышли мы как-то с А. пройтись после дождичкав четверг. Картина была идиллическая – умытое дождем небо нежно синело, весенняя земля дышала свежестью, на ветвях деревьев проклевывалась первая робкая зелень, на лугах паслись белые барашки на мне были любимые замшевые ботинки до щиколотки, и прогулка обещала стать приятным времяпрепровождением.
Где-то на пятой минуте дорожка вывела к бывшей луже. То есть то, что раньше было лужей, а теперь выглядело как высохшая грязь, и заменило на тот момент дорожку.
Справа от коричневого, глинистого с виду пятна подымался довольно крутой склон холма, слева, сразу за кромкой бывшей лужищи, проходил забор палисадника. Гулять хотелось очень, обходить было лень. А. мужественно сказал следовать за ним и пошел вдоль заборчика. "Ага, да там грязь на два пальца аж, вон, всю подошву запачкал," - подумала сами-знаете-кто и как всегда сделала совершенно не так, как ее просили. У меня есть оправдание – так как местность была с уклоном в сторону заборчика, я предположила, что грязь у заборчика глубже и мокрее, чем у холма. И действовала соответствующе. Когда я сделала первый шаг со стороны склона, я уже поняла, что влипла. Очень даже буквально. Почему я не вернулась назад сразу же можно не спрашивать - я не знаю. Итак, сделав первый шаг и ощутив, как нога плавно уходит в грязь, я элегантно, с козлиной прытью проскакала оставшуюся до тверди земной часть мутно-коричневой жижи. Да, стыдно признать, но на свои ноги я смотреть боялась. Особенно после дикого ржания А. Я бы даже сказала, немного истерического ржания. Ржание было, впрочем, вполне оправдано. Мои коричневые замшевые ботинки остались коричневыми. Но они уже были не совсем замшевыми. Правый - до половины носка, левый – по щиколотку, до самого верха - были покрыты равномерным густым слоем липкой плотной глинистой грязи. Та же приятная субстанция окрашивала края синих джинсов в цвет ботинок.
Прогулялись мы в общей сложности минут двадцать пять – пять минут до лужи, три минуты через лужу переходили, пять минут шли обратно, ну и двенадцать минут А. безудержно ржал (ну и я немножко, конечно, тоже) и пытался вытереть хоть верхний слой налипшей грязи.
Вышли мы как-то с А. пройтись после дождичка
Где-то на пятой минуте дорожка вывела к бывшей луже. То есть то, что раньше было лужей, а теперь выглядело как высохшая грязь, и заменило на тот момент дорожку.
Справа от коричневого, глинистого с виду пятна подымался довольно крутой склон холма, слева, сразу за кромкой бывшей лужищи, проходил забор палисадника. Гулять хотелось очень, обходить было лень. А. мужественно сказал следовать за ним и пошел вдоль заборчика. "Ага, да там грязь на два пальца аж, вон, всю подошву запачкал," - подумала сами-знаете-кто и как всегда сделала совершенно не так, как ее просили. У меня есть оправдание – так как местность была с уклоном в сторону заборчика, я предположила, что грязь у заборчика глубже и мокрее, чем у холма. И действовала соответствующе. Когда я сделала первый шаг со стороны склона, я уже поняла, что влипла. Очень даже буквально. Почему я не вернулась назад сразу же можно не спрашивать - я не знаю. Итак, сделав первый шаг и ощутив, как нога плавно уходит в грязь, я элегантно, с козлиной прытью проскакала оставшуюся до тверди земной часть мутно-коричневой жижи. Да, стыдно признать, но на свои ноги я смотреть боялась. Особенно после дикого ржания А. Я бы даже сказала, немного истерического ржания. Ржание было, впрочем, вполне оправдано. Мои коричневые замшевые ботинки остались коричневыми. Но они уже были не совсем замшевыми. Правый - до половины носка, левый – по щиколотку, до самого верха - были покрыты равномерным густым слоем липкой плотной глинистой грязи. Та же приятная субстанция окрашивала края синих джинсов в цвет ботинок.
Прогулялись мы в общей сложности минут двадцать пять – пять минут до лужи, три минуты через лужу переходили, пять минут шли обратно, ну и двенадцать минут А. безудержно ржал (ну и я немножко, конечно, тоже) и пытался вытереть хоть верхний слой налипшей грязи.