Всем выйти из образа

[imaginary_me]

Мы живем в век высоких технологий и низких потолков (крутая фраза, по-моему, и совершенный экспромт. в конце так и просится "детка", но это был бы тогда стиль не мой, это писала бы утомленная, циничная, но сильно талантливая девица с прекрасными глазами, густо обведенными черным. такие всегда пишут что-нибудь про "детка", и это обычно выглядит очень утомленно и умно. еще они много курят. или постоянно бросают курить. или собираются бросить. а я просто зайчик, и детки мне не идут. но я отвлеклась, видимо, по примеру Тристрама Шенди, с которым мы добрались до сто пятьдесят восьмой страницы, а он все никак не может родиться). Вернемся к высоким технологиям. Родителей я вижу каждый день. Они машут мне плюшевой собакой в камеру и корчат рожи, немного зеленые и немного в квадратиках. И я тоже корчу рожи и не могу собраться с мыслями - высокие технологии опережают мое развитие, я не могу смотреть на родителей и говорить одновременно, без картинки мне как-то проще, и даже странно становится, как это я могу разговаривать с людьми в жизни, там же тоже лица, и картинка не отключается. А потом еще я смотрю на них, зеленоватых и в квадратиках, радостно машущих плюшевой собакой, и говорю "ну все, пока!", а дальше нужно нажать на красную кнопочку, и картинка пропадет. И родители. До следующего вечера, когда мне снова придется жать на дурацкую кнопку, потому что все уже рассказано, а просто сидеть и говорить "я вас очень, очень люблю, я соскучилась" без конца очень-очень трудно. Всего даже один раз это трудно говорить, потому что сразу становится очень себя жалко, потому что нельзя, чтобы все и сразу, но кажется - только мне, и всех жалко, и так невозможно. А они машут собакой, и я говорю "ну все, пока! спокойной ночи!" и жму. Пора взрослеть, детка.

Я не читаю столько книг. С каждым годом их количество неумолимо растет. Раньше это было как-то незаметно, но вот теперь они лежат в незамысловатой папке "books", стоят на полках в нашей квартире, новенькие, купленные нами, перенесенные из прежней жизни, старые и потрепанные, разные. Ждут. А я перечитываю "Кладбище домашних животных". Видимо, от жадности. И это такое счастье.

В университете я ужасно любила прогуливать. О прогулах у меня исключительно солнечные воспоминания. И благодаря им - исключительно солнечные воспоминания об университете. Они плавают на поверхности, как растительное масло, или сливки, и если не заглядывать дальше, то кажется, что всегда была весна, таял лед и Днепр был стальной и очень красивый, воздух - прозрачный и пронзительный, а на ветках первые почки. И, конечно, светило солнце.
Я хочу снова научиться прогуливать.

Счастливость или несчастливость - это тоже привычка. Делай выводы, детка.
О, я научилась делать выводы, но так и не научилась воплощать в жизнь собственные умные советы, и больше всего на свете мне бы хотелось, пожалуй, все-таки снова научиться прогуливать.

Весна - прекрасный повод.

Этот текст посвящается Григорию Кузнецову, который не устает говорить "пиши еще". Вот она, сила любви.